It is difficult to get a man understand something, when his salary depends on his not understanding it. Upton Sinclair.

Everyone is entiteled to his own opinions, but not his own facts. Daniel Patrick Moynihan.

Reality has a well know liberal bias. Stephen Colbert.

пятница, 5 февраля 2016 г.

"Слава богу, мы живем в Америке!"...

Совершенно случайно наткнулся на видео (в разделе комментов), в котором профессор права американского университета, в прошлом адвокат по уголовным делам, и американский полицейский убедительно, первый опираясь на право, закон и конкретные примеры, второй - на собственный опыт, показывают - ни в коем случае нельзя разговаривать с полицейским без присутствия адвоката. При чем даже если вы абсолютно невиновны и имеете алиби, даже если вы сами - адвокат. Профессор восклицает: слава богу, мы живем в Америке, в которой действует Билль о правах с его 5-й поправкой, согласно которой человек не должен свидетельствовать против себя. 

Вот это видео:



Видео крайне интересно, познавательно и поучительно само по себе, и потому рекомендовал бы всем для просмотра.

Однако оно понадобилось мне для иллюстрации одной простой мысли. Есть широко распространенное заблуждение, что, мол, все о-кей, никакие самые изощренные системы технического слежения за гражданами не страшны в тех демократических государствах, в которых приняты строгие законы, жестко предусматривающие, что без разрешения судьи за вами "просто так" не будет установлено наблюдение техсредствами. Беда здесь в том, что в этой процедуре имеется изначальна слабость - без адвоката, отстаивающего интересы гражданина данная процедура, как легко понять из приведенного видео, неизбежно будет оставлять гражданина незащищенным. 

Человек в демократическом ли обществе или не слишком обычно руководствуется здравым смыслом: чего мне опасаться, если я не совершал ничего плохо? В обществе "не слишком" и тем более совсем недемократическом по крайней мере может быть более обострен инстинкт самосохранения при контакте с органами государства. Законопослушные граждане демократических государств с несколько ослабленным инстинктом самосохранения такого рода, то есть включающимся автоматически при общении с правоохранителями, даже не могут предположить, в какой мере их права могут быть нарушены даже без наличия злостного желания их нарушить. Отсюда мы сталкиваемся с парадоксом: обществу, привыкшему к инерции демократического образа жизни, но, понятно, не состоящему из одних юристов, а потому обращающему внимание лишь на внешние проявления законности, довольно непросто даже ощутить необходимость в том, чтобы были найдены не внешние, но сущностные формы баланса между интересами правопорядка и правами граждан.