It is difficult to get a man understand something, when his salary depends on his not understanding it. Upton Sinclair.

Everyone is entiteled to his own opinions, but not his own facts. Daniel Patrick Moynihan.

Reality has a well know liberal bias. Stephen Colbert.

воскресенье, 18 февраля 2018 г.

Игра в политические шахматы по-бендеровски

Спецпрокурор Роберт Мюллер только что предъявил 13 гражданам России и 3 российским фирмам официальные  обвинения в попытке вмешательства в президентские выборы в США в 2016 г.

Леонид Бершидский, в прошлом российский журналист, создатель газеты "Ведомости" и российской версии журнала Forbes, а ныне  живущий в Берлине колумнист американского Bloomberg'а, таким образом откликнулся в своем твитер-эккаунте на это событие (здесь и здесь):

"Вообще говоря, я удивлен, что мне не предъявили обвинения. Я - русский, я был в США в 2016 году, и я публиковал комментарии, критикующие как Клинтон, так и Трампа, не регистрируясь в качестве иностранного агента".

"Группка зауряднейших интернет-троллей веселятся в ходе зарубежной поездки. Парень убивает - сколько там? - 17 человек в школе? Что представляет реальную угрозу национальной безопасности?"

Не зная "послужного списка" Леонида, может и не подумаешь, что человек просто "валяет дурочку". Все прекрасно Леонид понимает. Угрозой национальной безопасности прекрасно может быть и вмешательство в избирательный процесс и бесконтрольные продажи боевого стрелкового оружия. И даже, добавил бы я, именно любые отклонения в избирательном процессе, которые мы наблюдаем в США (специфика финансирования избирательных компаний, которое позволило лоббисткой структуре - Национальной стрелковой ассоциации - потратить на выборы в 2016 г. 35 млн. долл.), как раз и приводят к тому, что власть в США ничего не предпринимает, чтобы навести хотя бы самый относительный порядок в обороте оружия внутри страны.

Прекрасно понимает Леонид и то, что иностранное влияние на выборы (в любой стране) может быть разных видов: неизбежное    и косвенное в силу эффекта глобализации (даже самая муторно-сложная статья с политологическим анализом в иностранном малотиражном академическом издании в принципе может оказывать определенное влияние на какого-то отдельного избирателя), допустимое прямое (когда иностранными агентами предпринимаются вполне осознанные усилия по влиянию на выборы, скажем, через таких вещателей на за рубеж как "Голос Америки", BBC, RT или YouTube), но без нарушения местного какое бы оно ни было законодательства и противозаконное, то есть предпринимаемое с его нарушениями. Именно о последнем случае и идет речь в только что предъявленном обвинении Мюллера.

Прекрасно понимаю, что оскорбляет Леонида. Сейчас в США - не просто быть русским. На моей памяти впервые на американцев накатывают такие мощные медиаволны с обвинениями в адрес "русских" (довольно редко, но все же приходится сталкиваться с попытками уточнения американскими комментаторами, что правильнее было бы формулировать не обвинения по отношению к "русским" вообще, но, конкретно, к хозяевам Кремля). И это, правда, начинает сказываться на сознании американцев. Для меня стал уже привычным такой приблизительно диалог с только встреченным американцем. Он (полушутливо): "Вы не из тех русских..?" Я (шучу на полную): "Нет. Можете не волноваться. Если только, конечно, вы не баллотируетесь в президенты". Ничего не поделаешь - слова из песни не выкинешь: в конечном счете не кто иные как именно "русские" действительно столь масштабно вмешались в американские выборы, на полную использовав те возможности, которые предоставили современные коммуникационные технологии.

Проблема Леонида в том, что он комплексует, - почему-то ассоциирует себя с этими условными "русскими", а не - уж простите за пафос - с великой русской литературой, преклонение перед которой вы встречаете в США и в текущем политическом моменте. Но это выбор уже самого Леонида. 

Подобная скептическая реакция Леонида на разоблачения махинаций "русских" встречается не только среди самих "русских", но и в определенных кругах на Западе. К примеру, у такого журналиста-расследователя как Гленна Гринуолда, создателя интернет-издания  Intercept. И здесь разыгрывается та самая заявленная в заголовке шахматная партия по-бендеровски. 

Вначале совершенно неискренне утверждается, что американские спецслужбы скрытничают, хотя должны предъявить всю имеющуюся у них информацию о "русском вмешательстве". Те, кто прибегает к этому лицемерному аргументу, совершенно четко отдают себе отчет в том, что спецслужбы в принципе не могут это сделать именно потому, что они - спецслужбы, а не безответственные блогеры. Но когда спецслужбы неожиданно приоткрывают завесу над той информацией, которая у них имеется (как и произошло в случае с обвинением Мюллера), в ход пускается другой аргумент: как мы можем доверять спецслужбам после того, как они обманули нас, наврав про наличие оружие массового поражения в Ираке..? Шах. И далее следует мат: предъявленные обвинения не прошли проверку в судебном порядке - это пока односторонняя позиция прокурора. Все, в принципе, справедливо, если бы не одно: эти аргументы вы не можете смешивать в одну кучу, вы можете придерживаться каждого из них только по отдельности. Но "партия" на этом не заканчивается - далее следует фирменный ход Бендера, когда шахматная доска "одевается" на голову противника - и вообще не Соединенным Штатам жаловаться на вмешательство во внутренние дела других стран. И это взятое в отдельности соображение тоже вполне справедливо.

И здесь мне хочется привести интересную видеоцитату из записи состоявшихся в Лондоне прошлым июнем в рамках проекта Intelligence Squared дебатов на тему "Пора вывести Россиию из изоляции" (IT’S TIME TO BRING RUSSIA IN FROM THE COLD). В них, в частности, приняли участие с российской стороны Владимир Познер ("пора") и с американской - бывший глава ЦРУ и АНБ Майкл Хейден ("нет"). 



Думаю, генералу Хейдену впервые пришлось столкнуться с такой достаточно единодушной реакцией зала. И генерал, похоже, был немного - и большего вряд ли можно было бы ожидать от руководящего ветерана американских спецслужб - смущен.

И это подводит меня к выводу. Российское вмешательство в выборы в другом государстве в том виде, в каком оно было предпринято, может стать прецедентом, за которым последуют аналогичные электоральные пропагандистско-информационные войны. Но может получиться и по-другому: бурная негодующая реакция в Америке на "российское вмешательство" может впоследствии оказаться дополнительным сдерживающим обстоятельством для самих США, в прошлом не слишком страдавших от щепетильности в вопросах вмешательства.  Хотя может это и выглядит несколько наивным ожиданием (из сегодняшней статьи в New York Times, как раз посвященной тому самому американскому "лекарству", которому в этот раз "русские" дали испробовать "американцам": "Если вы спросите офицера разведки, нарушили ли русские правила игры или предприняли что-то диковинное, то ответом будет  - нет, вовсе нет", - заявил Стивен Холл, ушедший в отставку в 2015 г. после 30 лет работы в ЦРУ, где он был руководителем российского направления. По его словам, Соединенные Штаты "совершенно точно" проводили в прошлом подобные операции по влиянию на выборы,  "и я надеюсь, что мы и в дальнейшем продолжаем это делать").